№32 Спорт и отдых    №31 Школа cover30_fin_corr_120     №30 Будущее

Untitled-2

 

1

«Все начинается с очень простых вещей»

Санкт-Петербург | 18.12.2018

Цикл статей «Финляндия – Россия: архитектурные параллели», публиковавшийся в 2018 году при поддержке компании Paroc, подходит к концу, и в заключение мы, конечно, поговорим о будущем. Какими станут Хельсинки и Петербург? Насколько далек горизонт их планирования? Будет ли меняться идентичность здесь и там? На эти и другие вопросы отвечают практикующие архитекторы и урбанисты двух городов.

Kaleidoscope_LAHIO2100_Copyright_Vegard_Aarseth+and+Kaleidoscope+web_small

Kaleidoscope, проект Neighbourhood 2100
Иллюстрация: Vegard Aarseth

Будущее порой представляется некой неизбежностью, будоражащей воображение, – не ограниченная ничем мечта о грядущем распадается на множество полярных сценариев: от краха цивилизации до вечного благоденствия. Порой создается ощущение, что будущего стало слишком много… Но архитекторы как специалисты, ответственные за конкретные действия по созданию и переформатированию пространств, действительно кое-что знают о предстоящем.

 

Финляндия

f-3

Мийя-Лийна Томмила
архитектор, соосновательница
финско-норвежского бюро Kaleidoscope

«На данный момент финские города строят планы на 2030 и 2050 годы, – отмечает архитектор и соосновательница финско-норвежского бюро Kaleidoscope Мийя-Лийна Томмила. – В основе большинства визионерских проектов лежат идеи о нарастающих урбанизации и миграции, изменении климатических условий и, что особо стоит подчеркнуть, уплотнении городской ткани. Так, центральная часть города будет разрастаться в направлении периферии, что приведет к их слиянию и к утере своей былой значимости центром. Хотя не исключено, что мы станем свидетелями обратного процесса, когда фокус жизни переместится в отдаленные районы, которые смогут обеспечить высокое качество жизни в близости с природой и одновременное виртуальное подключение к любой точке мира.

Колоссальное влияние на город будущего окажет транспорт. Станет ли он полностью автоматизированным? Увидим ли мы новые средства передвижения? Придет ли вертикальный транспорт на смену горизонтальному? Все эти вопросы имеют большее отношение к реальности, чем к вымыслу: уже сегодня все упомянутые альтернативы привычным для нас средствам передвижения разрабатываются и тестируются. С учетом этих новшеств можно предположить, что важность наземного транспорта снизится, это в итоге освободит пространство от парковок и откроет новые пути для использования территорий».

«Что касается моего личного прогноза, – продолжила Мийя-Лийна, – то мне интереснее всего наблюдать за влиянием робототехники, новых материалов и искусственного интеллекта на образ городской среды. В своем футурологическом проекте Neighbourhood 2100 мы с коллегами разработали город будущего с высокочувствительными домами, реагирующими на изменения в окружающей среде, коммуницирующими с жителями и физически трансформирующимися в соответствии с их потребностями. Я убеждена, что именно такая среда ожидает нас в долгосрочной перспективе».

Когда мы касаемся темы будущего, очень важно думать и о том, кто станет принимать участие в его формировании. «Сегодня есть особая необходимость в городском активизме, позволяющем жителям самостоятельно формировать свою среду». Мийя-Лийна Томмила вспомнила о недавно прошедшем в Барселоне конгрессе Smart City World Expo, подтвердившем, что вопрос гражданской вовлеченности в урбанистику все больше включается в повестку на глобальном уровне. «На мой взгляд, самая выигрышная стратегия для создания города будущего – комбинирование гражданской вовлеченности с государственным ви́дением. Зачастую за гражданским активизмом скрывается именно официальная инициатива: хотя сама идея может родиться вне госсистемы, она не воплотится без доброй воли, которую обеспечивает власть».

f-2

Тимо Хамалайнен,
основатель блога Urban Finland

Тот факт, что вопрос о будущем городов касается всех и каждого, доказывает пример Тимо Хамалайнена, основателя блога Urban Finland. Для Тимо, имеющего за плечами академический опыт изучения урбанистики, собственная интернет-площадка стала инструментом дальнейшего изучения города и проявления локальной инициативы. «В формировании будущего финских городов гражданские инициативы станут более значимыми, – уверен молодой эксперт. – Долгое время ситуация была очень несбалансированной: большинство решений спускалось сверху вниз. Дигитализация полностью изменила картину, сделав процесс городского управления более демократичным. Думаю, в будущем муниципалитеты должны сосредоточиться на крупных инвестициях, а локальные инициативы – на вопросах, связанных с внутренней жизнью районов».

Тема городской футурологии также оказывается в фокусе внимания специалиста: «Хотя о том, что ждет финские города, можно рассуждать с разных точек зрения, одна тенденция очевидна: речь идет о расцвете мегаполисов и увядании маленьких городов. Урбанистический образ жизни захлестнул всю Финляндию, и это только идет на пользу мегаполисам, которые, в отличие от небольших поселений, могут удовлетворить запросы современного человека. Будущее финского расселения – в нарастающей поляризации между городами разного типа и размера».

По мнению Тимо, нарастает не только противостояние городов – более жестким становится столкновение глобального и локального дискурсов: «В будущем мы окажемся свидетелями гомогенизации множества явлений, которая станет ответом на потребности глобализованного общества. Вместе с тем наличествует и обратный процесс: культурные практики, свойственные финнам, будут либо доведены до своего предела, либо переизобретены и включены в новый проект городской идентичности». Свою мысль Тимо проиллюстрировал на примере финской сауны, которая сегодня обрела новую роль городского общественного пространства. «На мой взгляд, – продолжил Тимо, – финские города всегда будут обладать особой идентичностью, которая, так же как и город, будет развиваться во времени».

Россия

Футурологическое рассуждение становится несколько сложнее в российском контексте. Создается ощущение, что здесь для большинства теоретиков один лишь намек на тему будущего отмечен печатью кризиса. В недавно вышедшей книге с говорящим названием «Без будущего. Культура и время» историк искусства и философ Михаил Ямпольский констатирует: «Ощущение жизни в постисторическую эпоху становится всеобщим <…> и наиболее ярко выражается в чувстве исчезновения будущего, обозначенном Франсуа Артогом как “презентизм”. Мы живем в настоящем, из которого исчезло будущее, и подменяем устремленность вперед потреблением и гедонизмом»[1]. В равной степени критически к этой теме относится и Дмитрий Голынко, поэт и художественный критик, принимавший участие в Диспуте Диогена, посвященном теме «Житель будущего» в 2017 году. С одной стороны, Дмитрий также аннулирует будущее: «Сегодня мы наблюдаем очень резкий правоконсервативный поворот на всех уровнях – это, по сути, некая ширма, камуфлирующая отсутствие какого-либо проекта будущего»[2]. С другой стороны, за движением вправо, по мнению поэта, кроется противоположная тенденция утвержденного присутствия будущего – «коллективная истерика массового политического подсознания, боящегося, что будущее уже наступило <…> наступило на нас <…> а никакой реакции нет»[3].

f-4

Владимир Аврутин, 
заместитель генерального директора
по градостроительной деятельности ИТР

Дабы попробовать спрогнозировать, каким окажется Петербург будущего, мы обратились к Владимиру Аврутину, заместителю генерального директора по градостроительной деятельности Института территориального развития. «Мы можем выделить множество факторов, определяющих развитие города в долгосрочной перспективе. К основным из них относится повышение производительности труда, в связи с чем существенно сократятся доля населения, занятого в производственной сфере, и процент территорий, занимаемых промышленными предприятиями.

Не менее важны для облика города будущего и транспортные изменения. Мы можем ожидать перехода на электрические двигатели и широкого применения малого транспорта, что вкупе с развитием альтернативных источников энергии приведет к значительному улучшению экологической обстановки мегаполиса. Распространение получат системы автоматического управления, которые вместе с автоматизированным движением транспорта приведут к уменьшению потребности в автодорогах». Изменятся не только сами виды средств передвижения, но и способы их использования: «В будущем распространится каршеринг, способствующий сокращению количества личного транспорта и уменьшению потребности в парковочных местах. Надежды возлагаются и на развитие системы скоростного регионального и междугородного транспорта, которое, как и увеличение скорости мобильной связи вкупе с развитием системы дистанционного образования, обеспечит увеличение ареала проживания населения».

LKhidekel_CityOnPoles

Лазарь Хидекель.
Город на опорах.
Проект. 1923

В целом перечисленные выше факторы станут способствовать увеличению доли территорий, занимаемых объектами третичной и четвертичной сфер экономики, а также доли населения, проживающего в пригородах, охватывающих всё более удаленные от центра агломераций территории.

«В разговоре о будущем стоит акцентировать внимание на судьбе территорий жилой застройки: необходимо задуматься о реновации зон, застраивающихся многоэтажными комплексами. Спрос на такое жилье начнет постепенно уменьшаться, а эксплуатационные затраты на содержание – расти, в связи с чем наименее качественные и неудачно расположенные дома подвергнутся сносу. Не менее проблемны в этом отношении и территории вокруг исторического центра Санкт-Петербурга – “серый пояс”. При сохранении трендов закрытия расположенных там промышленных предприятий и замещения их жилыми домами стоит ожидать создания нового пояса монофункциональной застройки экономкласса вокруг исторического центра города».

226368

Концепция развития «Серого пояса»
АБ Рождественка, Москва

Отдельно Владимир Длорович обратил внимание на работу с территорией исторического центра Петербурга: «Повышение комфортности проживания и сохранение исторической идентичности центра – одна из важнейших проблем, которую придется решать на протяжении ближайших 15–20 лет».

f-1

Евгений Решетов,
сооснователь и совладелец
архитектурного бюро RHIZOME

Своим ви́дением будущего с редакцией также поделился Евгений Решетов, сооснователь и совладелец архитектурного бюро RHIZOME и недавний герой нашей рубрики «Архитектор будущего». «Говоря о будущем именно нашего города, необходимо сначала определить, что такое Петербург. Я, – признаётся Женя, – выделил для себя следующий подход: первая часть города – это то, что совпадает с городом предреволюционным, ограниченным Петроградской стороной, Центральным районом, Обводным каналом и захватывающим часть Васильевского острова. Это и есть исторический город, чьи габариты продиктованы технологией доавтомобильного передвижения, когда город не мог разрастаться, у него были объективные причины для существующей границы. За этой границей начинается вторая часть – индустриальная периферия, абсолютно другие структуры и ткани. Необходимо понимать, что такое разделение предполагает разные методики городского развития, в том числе и в будущем, поскольку будущее у этих частей Петербурга тоже разное».

Более общие прогнозы Евгения, как и у Тимо Хамалайнена, отталкивались от оппозиции глобального и локального: «Глобализация на современном этапе проявляется прежде всего через господство всеобъемлющих и при этом противоречивых трендов. Их парадокс состоит в том, что в основе тенденций, распространяющихся одновременно на всех, лежит идея локальной идентичности, что кажется справедливым и для архитектуры будущего: набор идеологических установок и ноу-хау всеобщ, однако способы решения конкретных задач неповторимы. Например, где-то целесообразно использование клееных деревянных конструкций, а где-то – применение новых альтернатив портландцементу. Несмотря на то что архитектурные ответы различных регионов не будут похожи друг на друга, все они окажутся направлены на sustainability и zero waste. Итогом этого процесса станет материальная дифференциация архитектуры. Вследствие чего, – подчеркнул Женя, – архитектура будет все дальше уходить от “звездной” системы координат в сторону локального мастерства и утверждения базовой человеческой культуры. Все начинается с очень простых вещей».

АБ RHIZOME.
Загородный отель «Точка на карте»,
Приозерск, 2017

«Так что у локальной архитектуры и архитектуры мéста, но ни в коем случае не местечковой, – большое будущее. Мы сейчас проживаем этот переход от глобальных предметов и форм к глобальным идеям, маниям и трендам, в то время как материальное окружение движется к тому, чтобы стать местным, своеобразным, поэтому страх перед глобализацией как кошмарной неолиберальной машиной уже не актуален».

 

Вопреки определенной доле скептицизма в отношении будущего и возможности его наступления, высказанные финскими и российскими архитекторами и теоретиками прогнозы, пусть иногда и противоречащие друг другу, все же отмечены оптимизмом. Остается только ждать и наблюдать, по какому из множества предложенных сценариев пойдут две северные столицы, как изменятся они и вместе с ними мы – их жители.

 

Текст: Карина Харебова

 

[1] Ямпольский М. Б. Без будущего. Культура и время. СПб., 2018. С. 12.

[2] Проект Балтия. 2017. № 2–3 (30). С. 110.

[3] Там же.

Комментарии запрещены.

22.01.2019

XX век был столетием нереализованных утопий. Псевдоисторическая утопия фашизма, формалистская – социализма, наконец – проходившая пунктирно мистико-органическая (идущая от антропософской архитектуры) утопия, постепенно увеличившая свое влияние к концу столетия. Неудача, постигшая эти проекты, а также серьезный корпус антиутопической литературы, казалось …


24 января 2019 года состоится четырнадцатая Клаузура Диогена – трехчасовой проектный семинар и конкурс. Семинар пройдет в Школе креативных индустрий «Маяк» на территории Новой Голландии. Куратором клаузуры выступит инженер и конструктор Антон Смирнов (руководитель компании «АСТАЛЬ»).


Единственным иностранцем в проведенном в 2018 году цикле архитектурных лекций «Гении мест» (организаторы: журнал «Проект Балтия» и проект «Новая Голландия: культурная урбанизация») был финский теоретик Юхани Палласмаа. Российские читатели знают его по книге «Мыслящая рука. Архитектура и экзистенциальная мудрость бытия», ставшей сегодня библиографической редкостью. Марина Никифорова поговорила с главным мыслителем-зодчим страны Суоми.



250х250-файерборд (1)