cover31_new_136 №31 Школа cover30_fin_corr_120     №30 Будущее обложка_сверка4-122     №29 Дерево      №28 Архитектурный ландшафт

http://www.zodchestvo.com         http://investforum.spb.ru

1

http://kgainfo.spb.ru/spb_fasad_2018/

Ирония и футуризм Александра Берзинга

Говоря «архитектор будущего», в первую очередь представляешь себе самонадеянного молодого строителя нового общества, точно знающего, каким будет завтрашний день. Однако Александр Берзинг – ироничный пессимист, по его собственным словам, – символизирует другую линию профессии, в большей степени связанную с феноменом «бумажной архитектуры», утратившей, казалось бы, актуальность вместе с распадом СССР, которому она во многом и противостояла. Пример Берзинга демонстрирует, что линия нонконформизма в архитектуре продолжается и сегодня, и на то есть свои причины.

Hram-v-Antah_2_1500

В чем состоит твой метод как архитектора?

То, чем занимаюсь я и различные коллективы, с которыми я сотрудничал, всегда было основано на иронии, она важна в архитектуре так же, как и в жизни. В моем портфолио множество подобных ироничных проектов, например «Храм в Антах» и «Скворечники», есть еще и футуристические работы. Если посмотреть серьезно на то, что происходит и в России, и в мире, то иногда становится грустно; я стараюсь придерживаться иронично-пессимистичного взгляда, но, конечно, совсем мрачным быть не хочется, поэтому в моих работах есть такой дуализм.

DSC056267

Как ты пришел к самостоятельной практике?

В 2006 году, после окончания Академии художеств, я устроился в довольно известное архитектурное бюро «Витрувий и сыновья», где проработал семь лет. Параллельно – самостоятельно и с друзьями по академии – делал конкурсные проекты. Потом мы решили организовать свое бюро. В конкурсе на проект входной группы гостиницы «Украина» в Москве мы заняли первое место, получили гонорар. Наше первое название было – ТПО «Лесосплав», за ним стоит смешная история. Мы поехали впятером на фестиваль в Салацгриву, где требовалось сделать работу на тему «Плавучая сцена на воде», в этом конкурсе мы тоже победили. Наша конструкция была собрана из леса – так и появилось название «Лесосплав». Какое-то время мы просуществовали в формате некоммерческого творческого объединения, занимавшегося в основном архитектурными конкурсами. Позже мы организовали бюро с другим названием – «Архитектурная мастерская “ЛЕС”», директором которого я до сих пор являюсь. Затем из него образовались «Архатака» и бюро «ХВОЯ».

Назови самый интересный из проектов, над которым ты работал недавно или работаешь сейчас.

Думаю, что самый интересный – это Музей стрит-арта. Я работаю с ними с 2013-го, каждый год там проходят большие выставки – и постоянно появляются нововведения. Сама идея музея уличного искусства – оксюморон, и долгое время мы думали, что никто туда не поедет.

Дело в том, что территория Завода слоистых пластиков, где появился музей, находится далеко от главных мест дислокации петербургской молодежи, это такая промзона, модернистская, советская. Тем не менее все сработало – и уже в течение первых сезонов музей стал довольно популярным местом.

С основными проблемами мы столкнулись в первый год. Зимой 2013-го мы начали готовиться к Manifesta. Бóльшая часть завода была абсолютно заброшенной, рабочие называли этот участок «Сталинградом», там было самое главное здание – пятиэтажная котельная, и по атмосфере она действительно напоминала послевоенную руину. Вся территория вокруг заросла чертополохом, всюду овраги и бурьян.

Первый этап работы длился около четырех месяцев, главной задачей было разграничить пространство самого завода и музея, чтобы они могли существовать отдельно, сделать собственный вход, благоустроить, организовать площадку, пригодную для художников и кураторов. Мы произвели капитальный анализ здания котельной, для того чтобы туда можно было пускать людей. Также приняли решение консервировать и не добавлять нововведений, отсюда появились идеи с простыми материалами, которые можно перемещать: это бочки, контейнеры, всё то, что мы покупали, из них сделали заборы, старые металлические трубы, то есть применили эстетику повторно использованных материалов, выдержанную в духе индустриальности.

В прошлом году в Музее стрит-арта прошла ярмарка SAM FAIR, где можно было приобрести произведения современного искусства, в том числе работы таких художников, как Олег Кулик, Сергей Карев, группа «Север-7» и т. д. Для этой ярмарки я занимался дизайном экспозиции.

Кроме практических дизайн-решений ты также создаешь произведения искусства, работаешь как художник. Почему?

Хочется так делать, иначе – совсем грустно. К сожалению, в Петербурге существует проблема занятости для архитектора. Конечно, при желании можно переехать в Москву или за границу. В случае же самостоятельной практики молодые специалисты занимаются в основном проектированием интерьеров, потому что крупные объекты им редко достаются. Сегодня у нас строится главным образом бездушное жилье, а хорошей архитектуры, по большому счету, нет.

 

Каков твой взгляд на будущее архитектуры?

В архитектуре без мечтательности и футуризма жить нельзя, как в молодом возрасте, так и потом, когда понимаешь, что ты, словно Дон Кихот, бежишь бороться с ветряными мельницами. Необходимо мечтать и думать о том, что грядет что-то хорошее.

При мысли о будущем на ум приходят очень уважаемые люди: Оскар Нимейер и Ле Корбюзье. Очень обидно, что они «сломали зубы» о Бразилиа и Чандигарх, это были сверхидеи, которые закончились, к сожалению, печально. Мне также нравится «Аркигрэм», особенно их ранний язык, футуристический и ироничный; их концепции были действительно интересными и авангардными для своего времени.

Если отбросить мечты и футуризм, то мы увидим, что архитектура – самое прикладное из искусств, она не печатается на 3D-принтере, но строится сугубо утилитарным способом. Так и будет продолжаться, если не произойдет грандиозного технического прорыва.

 

На твой взгляд, каково будущее у архитектуры Санкт-Петербурга?

К сожалению, в плане архитектуры Петербург не особо выделяется на фоне провинциальных городов. Москва, напротив, особенная – как в смысле качества проектирования, так и в отношении уровня заказчиков. В Петербурге пока с этим сложнее, и я не вижу перспективы, тенденции к изменению. Архитектура идет от заказчиков, от чиновников, от города, но какого-то прорыва пока не предвидится.

 

 

Беседовала Надежда Петрова

 

Партнер рубрики: BAUART

bauart.su

Комментарии запрещены.

20.11.2018

Международной архитектурный фестиваль «Зодчество’18» – авторитетная выставка лучших проектов и построек, демонстрация достижений российских городов и регионов в архитектурно-градостроительной области. Но самое главное – это место встреч и конструктивного общения всех, кто заинтересован в развитии зодчества как индустрии: российских и зарубежных архитекторов, градостроителей, инженеров, представителей федеральных и региональных властей, бизнес сообщества и ведущих экспертов архитектурно-строительного отрасли России.


15.11.2018

15 ноября в 18:00 состоится тринадцатая Клаузура Диогена – трехчасовой проектный семинар и конкурс. Семинар пройдет в Школе креативных индустрий «Маяк» на территории Новой Голландии. Кураторами клаузуры выступят архитекторы из петербургского офиса MLA+: Яна Голубева, Даниил Веретенников и Виктор Коротыч. …


Единственным иностранцем в проведенном в 2018 году цикле архитектурных лекций «Гении мест» (организаторы: журнал «Проект Балтия» и проект «Новая Голландия: культурная урбанизация») был финский теоретик Юхани Палласмаа. Российские читатели знают его по книге «Мыслящая рука. Архитектура и экзистенциальная мудрость бытия», ставшей сегодня библиографической редкостью. Марина Никифорова поговорила с главным мыслителем-зодчим страны Суоми.



250х250-файерборд (1)