cover31_new_136 №31 Школа cover30_fin_corr_120     №30 Будущее обложка_сверка4-122     №29 Дерево      №28 Архитектурный ландшафт

http://www.zodchestvo.com         http://investforum.spb.ru

1

http://kgainfo.spb.ru/spb_fasad_2018/

Сумерки Петербурга

С 20 июня по 15 июля в ЦВЗ «Манеж» проходит выставка «Петербург-2103». Главный редактор «Проекта Балтия» Владимир Фролов не прошел мимо масштабной экспозиции и предлагает читателям журнального блога задуматься об актуальном и вечном значении образа города на Неве.

IMG_0894

Экспозиция «Петербурга-2103» представляет картину истории города от начала и до гипотетического рубежа в будущем, отнесенного к следующей крупной юбилейной дате. Прошлому и настоящему Северной столицы отдан первый этаж Манежа: по периметру зала в хронологическом порядке развешены чертежи и проектная графика архитекторов от времени Доменико Трезини до эпохи Александра Жука. Каждый период прокомментирован экспертом, среди последних – не только известные историки, архитекторы и искусствоведы, такие как Евгений Анисимов и Юлия Демиденко, но и общественные деятели, например Александр Невзоров.

Относительно ровно текущее повествование о развитии Петербурга–Ленинграда внезапно прерывается: наступают переломные 1990-е. И хотя с того времени было возведено немало зданий, в том числе в центре, вместо эскизов и чертежей в этом отсеке мы видим лишь распечатки высказываний различных персонажей о городе. Мнения мэра Собчака и академика Лихачева соседствуют с утверждениями поп-звезды Пугачевой и американского деконструктивиста Мосса (автора скандальных «Мешков с мусором»). Сами по себе цитаты отражают ситуацию плюрализма, конкуренции идей и подходов к развитию города. Отсутствие какого-либо визуального ряда, в свою очередь, говорит о характерной для постмодернизма утрате связи между означаемым и означающим, обнажая факт деградации системы проектирования как движения от концепции через проект к воплощенному замыслу.

Визуальную реальность, распространившуюся с тех пор по городу, представил в соседнем большом пространстве Александр Гронский, чьи гигантские фотографические и видеоработы посвящены новостройкам. Его проект «Сумерки» описывает то, что в народе зовется «человейниками». Холодный объектив фотографа как бы замораживает попавшие в кадр непомерно разросшиеся структуры и сопутствующие элементы повседневности. Не восторгаясь продуктами «сумеречной» эпохи, автор тем не менее их несомненно эстетизирует. Кураторская же мысль прочитывается так: можно сколько угодно рассуждать о том, как надо строить, но на самом деле мегаполис развивается по другим законам.

Оставшимся до 2103-го годам отдан второй этаж, где экспозиция решена в виде блестящего, как фольга, павильона, скрывающего в себе серию залов, внутри каждого – своя реальность. Самый большой зал, согласно воле ученика Рема Колхаса голландца Вини Мааса (The Why Factory), дает возможность посетителям поиграть в зодчих и соорудить макет города из кусков пенопласта (проект «Возможности Петербурга»). Получаются незамысловатые и громоздкие объекты, зато у пришедшего возникает иллюзия соучастия в проектировании сложного организма Петербурга будущего. Сам Маас сравнивает получаемый результат с тем, что возник у дикарей на острове Пасхи. В залах поменьше – видеопроекции, где посетитель смотрит на варианты параметрических структур, как бы самостоятельно внедряющихся в существующую застройку, или «залипает», уставившись в абстрактную картинку каких-то «биг дата». Еще одно помещение посвящено проблемному району Кудрово, который юридически по-прежнему является деревней: это вызывает у авторов – бюро «Космос» – немалый энтузиазм. «Соединенные штаты Кудрово» – вот что возникнет здесь когда-нибудь, считают зодчие-футурологи.

А что же будет с историческим центром? На этот вопрос иносказательно отвечает Сергей Чобан, демонстрируя следующую аллегорию: взяв виды Рима работы Пиранези, он добавляет в привычные ландшафты ультрасовременные и атектоничные формы – «контрастные вторжения будущего», как формулирует сам зодчий. С его точки зрения, «чувство утраты» сочетается, таким образом, с надеждой на то, что «внедрение нового может обещать городу неожиданные эстетические качества».

IMG_0315

Краткое описание экспозиции будет неполным, если не упомянуть о роботах, собирающих архитектуру будущего, а также о показываемом на гигантском экране видео тех же The Why Factory, предлагающем жителям не бояться действовать и представлять новые формы в городе, например громадный блестящий шар без окон или диагональный обелиск (небоскреб), нависающий над парой-тройкой исторических кварталов. В целом, второй этаж, несмотря на включение спорного, однако все же удобопонятного проекта Чобана, выглядит значительно слабее выставок не только на Венецианской, но и на Московской или Таллинской биеннале. Кураторский пафос Марии Элькиной – «Петербург – город глобальный» – не находит подтверждения в проекте «2103»: быть может, глобалистский, но в общем – провинциальный.

 

***

Отсутствие в Петербурге ясной стратегии развития города, цели, к которой движется мегаполис, – это факт, но почему масштабный выставочный проект, номинально заполняющий идейную лакуну, возник именно сейчас? Быть может, мы имеем дело со случайностью, стечением обстоятельств, амбиций и бюджетов… Однако, действительно, некий вызов текущего момента чувствуется в воздухе. Во-первых, только что достроены новые доминанты Северной столицы: «Лахта Центр» и стадион «Санкт-Петербург». Фактически, объекты сформировали альтернативный Старому городу если не новый центр, то мощный полюс. В силу самой величины строений, на их фоне фотографируются туристы и горожане, в силу новизны – воспринимают как нечто прогрессивное. Возникает рубеж или веха, которую и стремится отметить «Петербург-2103», опуская, впрочем, сам указанный повод. Во-вторых, всеобщая одержимость темой будущего, охватившая в последние годы не только Россию, но и мир в целом, также сыграла свою роль. Петербург, для которого, с момента утраты столичного статуса, сохранение наследия стало, по сути, единственной стратегией удержания идентичности, духа места, оставался до сего дня неким бастионом пассеизма. Пусть, как принято сейчас говорить, «градозащитная деятельность» была более-менее эффективна лишь в границах центра, – этого и достаточно. Надо понимать, что и 200 лет назад окраины не были похожи на «полнощных стран красу и диво», а состояли из убогих деревянных лачуг или домишек, каких тысячи по всей России. И вот, возникает дисбаланс между глобальным процессом комфортизации урбанистической среды и петербургским отстранением от него. Выставка по-своему реагирует на это противоречие.

В связи со сказанным представляется необходимым вернуться к, казалось бы, хрестоматийным устоям петербургского «пространствопонимания» (термин Павла Флоренского). Вспомним, что крупнейший исследователь Северной столицы Николай Анциферов называл Петербург городом «трагического империализма». Трагического, потому что лишь через жертву оказывается возможным построение величественной и прекрасной твердыни. Главная книга Анциферова «Душа Петербурга» была издана в 1922 году, когда, по его словам, «Петрополь превращался в Некрополь», и все же он был уверен, что «Петербургу не быть пусту». Способом противостоять деструкции творения Петра Анциферов считал работу по обнаружению его «живого образа». «Наш глаз, обогатившийся картинами прошлого, разовьет и осложнит свое зрение, и многое из того, что оставалось тайным, станет явным». Истоки же «сумеречного» состояния Петербурга критик видел в расколе между властью и обществом, который наметился при Екатерине Великой и вылился в раздвоенность, разделение и раздор уже в XIX и XX столетиях.

Доказательством верности провидческого тезиса Анциферова о стойкости образа Петербурга стала история города в XX веке. Несмотря на уничтожение идеологически «неправильных» архитектурных сооружений до и после войны, на разрушения во время блокады, на прокрустово ложе строительного сектора после реформы Хрущева, жителям удалось не упустить гений места, а также не оборвать тонкую нить преемственности самóй художественной традиции архитектурного проектирования. Не случайно в зодчестве существовала особая «ленинградская школа», разработавшая доктрину «дополнительной архитектуры», исходящей из постулата «не навреди Старому городу». И по той же причине Григорий Каганов, автор еще одной блестящей книги о Северной столице – «Санкт-Петербург. Образы пространства» (1995, переиздана в 2004), завершает ее работами Михаила Филиппова, основывающего свое творчество на традициях «Мира искусства».

Возникший в 1990-х годах «петербургский стиль» хотя и вызывает немало вопросов и справедливой критики, тем не менее остается в рамках той же максимы удержания genius loci. Недаром его собрат – заметьте, «лужковский», а не «московский» стиль – сошел с дистанции. Москва если и сохраняет гений места, то он уж точно обитает не в доступном зрению образе.

Возвращаясь к выставке «Петербург-2103», надо отметить, что если историческая часть, по словам куратора Марии Макогоновой, состоит из «гравюр, литографий и генеральных планов», где «изображен Петербург, которого современные жители города не видели» (часть этих проектов была реализована позже), то в футурологическом сегменте мы не найдем подобных проектов. Фактически, перед зрителем – некая виртуальная реальность, лишенная конкретных предложений, что касались бы пространств и форм новых районов или отдельных строений. И подана эта реальность в виде сложносочиненной интерактивной медиаинсталляции, подсвеченной по воле авторов экспозиции (бюро «АрхАтака» и «Витрувий и сыновья») зловещими красными огоньками. Имея в виду факт развития мегаполиса как глобалистской урбанизированной территории с самым высоким небоскребом в Европе, «человейниками» и прочим, экспозиция напоминает своего рода дымовую завесу, призванную скрыть реальный процесс расползания Петербурга, а также призвать к окончательному разрыву с духом Петербурга.

IMG_0258

Однако именно благодаря «мистическому» архитектурному решению выставки будущее города, возможно – против воли кураторов, не видится «комфортным», но в очередной раз предстает как противоречивая, двойственная (живая и мертвая) и противящаяся определению «сущность». Действительно, что-что, а «Петербург, удобный для жизни» – это оксюморон. Всеволод Гаршин в 1882 году, в эпоху политического и экономического расцвета Северной столицы, сказал о городе: «…жить в нем труднее, чем где-нибудь, не по внешним условиям жизни, а по тому нравственному состоянию, которое охватывает каждого думающего человека, попавшего в этот большой город». Притом «на улицах благоустройство, порядок; городовые вежливы, увеселений много, материальные трудности жизни не больше, чем в других больших городах». Комфорт – нечто само собой разумеющееся, но разговор о нем вызывает скуку. Другое дело – красота, которая есть результат внутренней работы и которая дается лишь через переживание городом «трагического империализма»: тогда, сейчас и в будущем. Если же мы не об удобстве и не о красоте, то о чем?

Следуя тому пониманию города, которого придерживался Николай Павлович Анциферов, нужно признать: даже в сумеречном своем состоянии дух Петербурга может быть услышан, а поэтика его пространства – прочитана и творчески переосмыслена. «И только уродство остается как болезненный нарост на величавом организме города».

Владимир Фролов

Комментарии запрещены.

20.11.2018

Международной архитектурный фестиваль «Зодчество’18» – авторитетная выставка лучших проектов и построек, демонстрация достижений российских городов и регионов в архитектурно-градостроительной области. Но самое главное – это место встреч и конструктивного общения всех, кто заинтересован в развитии зодчества как индустрии: российских и зарубежных архитекторов, градостроителей, инженеров, представителей федеральных и региональных властей, бизнес сообщества и ведущих экспертов архитектурно-строительного отрасли России.


15.11.2018

15 ноября в 18:00 состоится тринадцатая Клаузура Диогена – трехчасовой проектный семинар и конкурс. Семинар пройдет в Школе креативных индустрий «Маяк» на территории Новой Голландии. Кураторами клаузуры выступят архитекторы из петербургского офиса MLA+: Яна Голубева, Даниил Веретенников и Виктор Коротыч. …


Единственным иностранцем в проведенном в 2018 году цикле архитектурных лекций «Гении мест» (организаторы: журнал «Проект Балтия» и проект «Новая Голландия: культурная урбанизация») был финский теоретик Юхани Палласмаа. Российские читатели знают его по книге «Мыслящая рука. Архитектура и экзистенциальная мудрость бытия», ставшей сегодня библиографической редкостью. Марина Никифорова поговорила с главным мыслителем-зодчим страны Суоми.



250х250-файерборд (1)