cover31_new_136 №31 Школа cover30_fin_corr_120     №30 Будущее обложка_сверка4-122     №29 Дерево      №28 Архитектурный ландшафт

 

1

Финляндия – Россия: архитектурные параллели

Журнал «Проект Балтия» и компания Paroc инициируют выпуск серии статей об архитектурных взаимосвязях Финляндии и России. Тексты будут публиковаться раз в два месяца на протяжении 2018 года в блоге нашего издания. Вводный текст подготовила журналист Анастасия Лаптёнок.

IMG_0674

Архитектурные школы России и Финляндии на протяжении столетий развивались бок о бок, то заимствуя друг у друга стилистические приемы и методы, то «отвернувшись от соседа» и эволюционируя автономно. В XXI веке их диалог продолжается.

Первым заметным «вторжением» российской традиции в Финляндию можно считать планировку и застройку центра Хельсинки по проектам работавшего сперва в Ревеле зодчего Карла Людвига Энгеля. На рубеже XVIII–XIX веков он «привез» в финскую столицу русский классицизм, а затем широко использовал в планах Хельсинки и Турку образцовые проекты кварталов, созданные в России.

senaatintori-pieni

Необыкновенно тесными были контакты финской и русской творческой интеллигенции на рубеже XIX–XX столетий, в момент расцвета национально-романтических художественных течений, пришедших на смену эклектике и затем быстро отдавших первенство неоклассицизму и модернизму. И все же в течение нескольких лет северный модерн был одним из наиболее влиятельных стилей; в Петербурге строили Федор Лидваль, Николай Васильев и Алексей Бубырь, а в Хельсинки – знаменитая троица зодчих: Сааринен – Линдгрен – Гезеллиус. Архитекторы и художники двух стран тогда активно общались, ездили друг к другу в гости, устраивали совместные выставки (так, именно с выставки русских и финляндских художников начало свою деятельность объединение «Мир искусства»).

saarinen

Сааринен – Линдгрен – Гезеллиус/Павильон Финляндии
на всемирной выставке в Париже/1900

После объявления независимости Финляндии в 1917 году профессионалы двух стран оказались отрезаны друг от друга. В советской России начался конструктивистский эксперимент, а затем торжество сталинского ампира. В стране Суоми преобладал функционализм, но мы можем найти и примеры ар-деко, которые чем-то напоминают сталинки. Что же касается русского авангарда, то его влияние носило поистине глобальный характер, и наследие его продолжало вдохновлять зодчих всего мира, включая финских коллег, на протяжении всего ХХ века. Ведущий финский теоретик наших дней Юхани Палласмаа вспоминает, что «конструктивистская эстетика, подчеркивавшая ясную выразительность строительного каркаса, стала идеалом для молодых финских архитекторов поколения 1960-х годов» (newprairiepress.org/oz/vol22/iss1/2).

После Второй мировой войны на территории СССР оказалось немало карельских построек финских модернистов: самая знаменитая из них – Выборгская библиотека, спроектированная Алваром Аалто. Хрущевский поворот к интернациональному стилю и ориентация на прогрессивную архитектуру Запада (постановление № 1871 ЦК КПСС и СМ СССР от 4 ноября 1955 года «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве») сделали эти объекты самими доступными «образцами» для советских зодчих.

Выборгская библиотека/Алвар Аалто/фото: Егор Рогалев

Искусствовед, историк архитектуры Ксения Малич, курировавшая выставку «Золотое поколение. Модернизм в финской архитектуре и дизайне» (Государственный Эрмитаж, 2015–2016), рассказывает о том, как советские архитекторы узнавали о достижениях коллег: «В 1970-х и 1980-х в Ленэкспо периодически привозили экспозицию “Финляндия строит”. В 1976 году вышла монография Андрея Павловича Гозака об Алваре Аалто. Кроме того, некоторые проекты Аалто, а также Реймы и Райли Пиетиля и Аарно Руусувуори, появлялись в архитектурных журналах».

photo_149-153057

Александр Жук/Аэровокзал Пулково/1972

По словам искусствоведа, нельзя сказать, что этот опыт сильно корректировал курс советских зодчих: «Идея верхнего света и бестеневого освещения, появлявшаяся в некоторых проектах ленинградцев [например, аэровокзал Пулково; арх. Александр Жук, 1972], действительно может быть почерпнутой у Аалто. И еще были два очевидных цитирования, но не у ленинградских архитекторов, а у их московских и прибалтийских коллег: под влиянием аалтовского Культурного центра в Вольфсбурге – возведены здание Московского речного пароходства на Ленинградском шоссе (арх. М. Балинкин) и павильон художественных выставок в Вильнюсе (арх. В. Чеканаускас)»; и все же «оттепель позволила обращаться к западному опыту, но возможности советского строительного комплекса были сильно ограничены. С помощью типовых элементов, которые имелись в распоряжении советских архитекторов, было крайне сложно повторить характерный почерк Аалто или Пиетиля: там структура здания, план, ритмические приемы часто являются производной окружающего ландшафта. В Курортном районе, где особенно ощущалась близость “современной актуальной жизни”, с которой ассоциировался Запад, в 1960–1980-х годах возводилось немало объектов рекреационной архитектуры, и каждый раз – с опорой скорее на наиболее универсальные и растиражированные приемы интернационального стиля, нежели на конкретный финский опыт».

IMG_7522

Витаутас Чеканаускас/Дворец художественных выставок
(ныне – Центр современного искусства)/Вильнюс/1969

В XXI веке архитектурные мосты между двумя странами были наведены вновь, в том числе благодаря развитию международного строительного рынка и приходу в Россию европейских девелоперских компаний. Сегодня в Петербурге и его пригородах продолжается строительство по проектам финских архитекторов. Один из последних таких примеров – торговый комплекс «Охта Молл», спроектированный студией L Architects из Хельсинки.

охта

L Architect/«Охта Молл»

В цикле статей о взаимном влиянии архитектурных стилей и подходов России и Финляндии мы подробнее остановимся на темах, намеченных во вводном тексте. Речь пойдет не только о северном модерне и творчестве великого Аалто, но и о такой важнейшей составляющей финской архитектурной традиции, как связь с ландшафтом, умение жить и строить в гармонии с природой. Мы попробуем разобраться в причинах современной моды на финский стиль жизни и поговорим с архитекторами и девелоперами из России и Финляндии о его преимуществах и о том, как он влияет на проектные решения.

Завершая цикл, мы заглянем в будущее: как технологии меняют жизнь современного финского города, делают его «умным», откликающимся на запросы современного жителя. И вместе с чиновниками, отвечающими за градостроительное развитие, и девелоперами порассуждаем о возможном архитектурном будущем Петербурга и Хельсинки, о тенденциях, которые его определят.

 

Цикл статей выходит при поддержке компании Paroc. В 2018 году компания Paroc отмечает 25-летие своей деятельности в России. С началом поставок в Россию в середине 1990-х Paroc принесла на российский рынок культуру европейского строительства, обусловив тем самым внедрение новых, прогрессивных технических решений и расширение профессионального кругозора российских проектировщиков, архитекторов и застройщиков. В год своего 25-летия компания предлагает обратить внимание на историю архитектурных взаимоотношений России и Финляндии, на культуру преемственности, рассмотреть с разных сторон этапы этих отношений и темы, в которых архитектуры двух стран находят точки пересечения.

 

Анастасия Лаптёнок (при участии Владимира Фролова)

Комментарии запрещены.

4 августа в 12:00 по московскому времени состоится бесплатный онлайн мастер-класс Михаила Филиппова «Принципиальные основы реалистического рисунка и акварели городского пейзажа».


20 июня в Школе креативных индустрий «Маяк» на территории Новой Голландии состоялась 11-я Клаузура Диогена. Куратором выступил петербургский архитектор Иван Князев.


15 мая в Павильоне на территории Новой Голландии прошла лекция Николая Полисского «Арт-Колхоз». Цикл «Гении мест», в рамках которого был приглашен, несомненно, самый известный русский художник жанра ленд-арта, организован журналом «Проект Балтия» и проектом «Новая Голландия: культурная урбанизация». Марина Никифорова побеседовала с Николаем Полисским о природе искусства и о сотрудничестве художника с крестьянами деревни Никола-Ленивец.



250х250-файерборд (1)