obl30№30 Будущее обложка_сверка4-122 №29 Дерево  №28 Архитектурный ландшафт       №27 Обитать  

 

1

Скульптура в Петербурге: стояние на грани

14 февраля состоялось заседание Градостроительного совета Петербурга, посвященное рассмотрению трех эскизных проектов по созданию и установке памятников в городе. Своими впечатлениями об услышанном поделился в блоге «Проекта Балтия» скульптор Павел Игнатьев.

1-1500-2

К четырем часам дня правая часть зала заседаний КГА постепенно наполнилась членами Градостроительного совета и журналистами. Левая оставалась пустой, за исключением двух стульев, на одном из которых сидел скульптор Салават Щербаков, на другом – его молодой помощник. К автору памятника князю Владимиру в Москве и еще 120 монументов по всей России никто из петербуржцев не приближался. По сигналу главного архитектора Владимира Григорьева заседание началось. Щербаков уже во второй раз представил на суд профессионалов проект мозаичного панно, обрамленного гранитными колоннами, карнизами и барочным фронтоном. Панно предназначено для Кронштадта, для небольшой площади юго-восточнее Якорной площади. «Стела», как называют произведение сами авторы, – прямоугольная стена высотой пять метров и длиной десять метров. Проект дополнен плацем с отмосткой в виде Андреевского флага. Монументальный знак посвящен 300-летию первого парада российского флота. Мозаика, выполненная в реалистическом стиле, должна в деталях изобразить Петра Первого и его приближенных на фоне указанного события.

3-1500-2

Выступление авторов и рецензента (главного художника Петербурга Алексея Моора) неоднократно прерывалось помехами в микрофоне, что добавило нервозности обстановке. Проект очевидно никому не нравился. Выступил почетный президент Санкт-Петербургского союза архитекторов Владимир Попов, поставивший под сомнение художественную ценность мозаики, «которую никто не видел». Дело в том, что отдельно ни мозаика, ни картина не были представлены, Градсовет мог ознакомиться с ними только в виде едва различимой картинки, вставленной в архитектурную «раму». Щербаков заверил, что давняя живописная дипломная работа народного художника России Василия Нестеренко будет передана на панно во всех деталях и на высочайшем уровне. Он предложил набрать мозаику в мастерских Академии художеств на Васильевском острове. Отдельные недовольные реплики других членов совета (Вячеслава Ухова, Юрия Земцова) подытожил архитектор Евгений Герасимов, который заявил, что проект стелы не выдерживает критики ни с художественно-архитектурной точки зрения, ни с этической. По его мнению, авторы взяли за образец своего проекта мозаики советского времени, времени коммунистического режима, который начал свою историю с подавления Кронштадтского мятежа, и, кроме того, совершают кощунство, вторгаясь непроработанными формами в сложившуюся структуру исторического центра острова. По мнению других членов Градсовета, архитектурные детали, созданные по образцу Петровских ворот, плохо нарисованы, вторичны и невыразительны. Все члены совета согласились, что монументальный знак требует доработки.

Любопытно, что не только предложение Щербакова, но и два других скульптурных проекта, представленных на рассмотрение совета, обыгрывают тему «стояния на грани». Щербаков ставит свою «Стелу» почти на обрыве Кронштадтского канала; два других автора выбирают такие позы для персонажей, что создается впечатление, будто они стремятся показать необычайную опасность любого перемещения человека в этом мире.

Второй проект – памятник писателю Дудину на Петроградской стороне – тоже уже не раз был представлен совету. Это первый монумент, который создается по новым правилам (после голосования горожан) за счет бюджета Петербурга. Несколько лет назад КГА провел опрос среди граждан города, кто из знаменитых россиян достоин «увековечивания в бронзе». Михаил Дудин получил набольшее количество голосов. Первоначально памятник был придуман для улицы Дудина на Парнасе. Здесь, в новом спальном районе, часть улиц названа в честь литераторов второй половины ХХ века: Абрамова, Рубцова, но административным решением место установки перенесено в Петроградский район, к дому на Малой Посадской улице, где жил писатель. Первый вариант скульптуры имел сходство с проектом памятника Лермонтову (Леопольд Дитрих и Василий Козлов, 1913). Облаченный в шинель поэт, в раздумьях, идет по наклонному плинту. Дантовский мотив спускающегося Вергилия не получил одобрения совета. Главный архитектор тогда говорил: «Мы видим Дудина более оптимистичным». Теперь был презентован новый вариант: пьедестал выглядит как куб, вставленный в некие крушащиеся обломки, символизирующие военную действительность. Писатель в военной форме и с сумкой-планшетом шагает вверх, явно рискуя провалиться или быть взорванным. Такой вариант совету понравился и был принят.

444-2

Третий представленный монумент Петербургу хотят подарить французские бизнесмены. Памятник Жанне д’Арк предполагается разместить на Измайловском проспекте, рядом с театром «На Неве». Монумент исполнен русским скульптором Борисом Леженом, работающим во Франции. Девушка несет флаг и как будто ступает по краю обрыва (мотив «опасного прохождения»). Проект в течение 20 минут представлял архитектор Леонид Беркоевич. Он напомнил о важности фигуры Жанны для французской культуры, а также о политическом значении сообщества, подарившего это изваяние. Один из членов совета, воспользовавшись поисковиком Google, обнаружил, что версия данного памятника уже установлена в одном из французских парков, и задал вопрос: зачем Петербург должен получать копию скульптуры малоизвестного автора? Архитектор заверил, что для Петербурга будет создан специальный вариант. В итоге Градсовет отверг предложенный монумент.

666-2

Теперь несколько общих соображений по поводу увиденного. Прежде всего, хочется вспомнить, что большой и в ряде случаев неудачный опыт исполнения колоссальных панно на открытом воздухе имел известный советский художник Александр Дейнека. И вот одна из аксиом, выведенных им на практике: «Цвет ни в коем случае не должен дублировать окружающую цветность природы, он должен быть контрастом к ней; во-вторых, никакие валеры на таких огромных плоскостях недопустимы». Эти слова заставляют нас составить неутешительный прогноз о будущем объекте в Кронштадте. Что касается памятника Дудину, то, полагаю, он необходим именно на Парнасе, а установка первого монумента в квартале с 60 тысячами жителями создала бы прецедент и для других аналогичных территорий. Кроме того, думаю, первый, трагический вариант памятника был интереснее. Тем более что аналог столетней давности (памятник Лермонтову Дитриха и Козлова) так и не установили, а выбрали нормативно-скучный вариант, который никто сейчас и не вспомнит, как, впрочем, и его автора (Б. М. Микешин. – Ред.). Монумент Жанне д’Арк может быть поставлен в любом незаметном месте Петербурга, но требует выразительного архитектурного оформления, где вполне уместный мотив опасного скольжения по краю обрыва – считывался бы зрителем.

 

Графика автора

Комментарии запрещены.

20-22 апреля 2018 года в общественном пространстве Порт «Севкабель» на Васильевском острове впервые в Санкт-Петербурге пройдет ежегодная выставка современного дизайна и столярного искусства WOOD WORKS — проект, объединяющий дизайнеров и мастеров, работающих с деревом. В выставке участвуют дизайн-бюро, столярные мастерские и производственные компании, создающие мебель, аксессуары и отделки из дерева. Основные акценты – на современном и актуальном дизайне, экологичности, индивидуальности и местном производстве.


16 апреля в Школе креативных индустрий «Маяк» на территории Новой Голландии состоялась десятая Клаузура Диогена. Кураторами юбилейного семинара выступили самарские архитекторы Сергей Малахов и Евгения Репина.


Одним из иностранных членов жюри конкурса «Долина парк», организованного журналом «Проект Балтия» и компанией «Главстрой-СПб», стал ландшафтный архитектор Мартин Рейн-Кано, сооснователь берлинского бюро TOPOTEK 1. Марина Никифорова побеседовала с мастером после открытой лекции, прочитанной им на Новой сцене Александринского театра 15 февраля 2018 года.



250-250